Была бы у Марка депрессия эндогенная, посмотрел бы на него. Я могу у него Машу забрать. Введу персонажа Торквемада, админа форума социофобия.ру, который нихера не делает, пишет порнографические рассказы, при помощи ИИ. Он живёт как Плюшкин. И выглядит где-то так. Всё у него поломано. Сам похож на говно. Перспектив с ним нет никаких. Он в депрессии, лежит на грязном диване, и по смартфону стучит пальцем. Не до баб ему, он бабу не осилит, уже давно. И Маша скажет "Это мой Бог!", а Марка забудет. Думаете, не смогу? Если свихнусь настолько, то смогу. А пока смысла не вижу.

Эти суки ещё и Вайлдберриз выкинули из белых списков. Вначале тинёк, теперь это. А мне надо товар забрать, позарез, нужен интернет. Падлы!

Вообще надо давно уже ввести прямую демократию в стране. По любым вопросам. По блокировкам. По ебле младенев и старух. Не важно, что, лишь бы прямая демократия. Кто-то скажет, что тобой, ты же и за диктатуру был... Никогда не был. Я был против врагов моей страны. Путин и его банда, враги, очевидные. Раньше просто я считал, что враги те, кто против него, вся разница. Я не изменил позицию. Я всегда был против любых запретов. Я считаю, надо все запреты убрать. Пусть моих детей ебут ебут педобиры, я не против. Вы 105 статью отмените и УК вообще, я решу сам вопрос с этими ублюдками. Так всем будет лучше. Это по божески. А вы дьяволы, суки, как ваше богомерзкое государство. Заебался я играть с социализацию. Нахуй пошла!

Всё же отпишусь. Хоть и рискую потерять молодую аудиторию. Им «Торквемада-демон» приятней, чем «Торквемада-брюзга». Но вот что делать, с годами я таким стал. Время и надо мной властно. Я придерживаюсь линии «демон», чтобы быть интересным, но не получается, раны смертного болят. В частности, с Ручкой я готов... Так, стоп! Короче, пишу сразу в дневник. В другую тему писал, в «Нейротворчество». Не надо там этого. Но я хотел поговорить о том беспределе, какой там устраиваю. Я сам виноват, понимаю, себя в таком свете выставляю. Но я же не такой. А где я такой? Реальный я не такой аморальный. Ручка — да. В частности, когда мы у неё были, мы бухали. Я для этого фактически приезжал. Может, поэтому она себя так вела. Потому что это было оскорбительно для неё. Она понимала, что я её неумышленно «оскорбляю». Но кавычки она, наверное, не ставила. Она тут сексистка, не мужик она, ей можно быть необъективной, просто обижаться. А мужчинам надо быть сильными, они обязаны. Иначе пусть платья носят и дают мужикам. Как-то так. Я не разделяю эту позицию. Тут мы с ней расходимся. Я считаю, что с точки зрения чести, достоинства, правильности объективной, «Бога», я ничего не нарушал. Либо не помню. Она нарушала. Ну вот, мы сидели, бухали. А она общалась с парнем в ВК. Она общалась с ним ещё до меня. Романтические отношения. У него к ней. Что у неё к нему, не знаю. Мне кажется тоже, что и ко мне, когда мы расстались, но общались ещё. Или в последний год отношений. Она может сказать: «Ты дурак, даже когда расстались, я тебе ещё давала, после этого вспомни, это о многом говорит. Женщины кому попало не дают, ты на меня наговариваешь, что нимфоманка». Я скажу, почему «наговариваю». Две причины: страх и объективные факты. Ты такую чушь несёшь, из чего складывается, что ты даёшь даже тем, кто тебе глубоко противен. Ладно, не будем об этом. Тому парню она не давала реально. На свидание отпустил, она сказала, ничего не было, за руки подержались, ей стало противно, она выбрала меня. Какие-то ладошки у него были не такие. «Липкие», что ли. Руки не такие. Странно это — выбрать меня за руки. У меня проблемы с кровоснабжением. Даже внешне видна патология развития верхних конечностей, кистей рук. Я ими плохо владею. Это не сразу заметно. Я не могу своими руками ласкать женскую грудь, например. Она мне запретила это делать, потому что боялась рака из-за того, как я её хватал за грудь. Я не умею ласкать, у меня руки так устроены, я могу ударить ножом, могу стрелять из оружия, но я не могу ласкать женскую грудь, у меня руки как манипуляторы. В принципе, мог их натренировать, но стало бы хуже. Я так делал раньше, в юности, на кукалах отжимался на досках, знаю. Тогда бы у меня были не руки, а тот девайс, который инквизиция использовала, чтобы истязать женскую грудь. Это были бы клещи, а не руки. Стало бы только хуже. Проблема какая-то с нервной системой, они у меня полумёртвые, холодные, кровоснабжение нарушено, тонкие вены, мутация. Инвалидности нет. Но проблема с руками есть. Я думаю, это отмазка, просто он ей не понравился. Я верю, что ничего не было, даже если было. Я тогда мыслил иначе, что раз она мне говорит, что не было ничего, значит, она ко мне уважительно относится, для меня это было главное. Я относился к ней как к человеку тогда, а не как к функции. Не знаю, понимает ли она сейчас это или нет. Тогда мне кажется, не понимала. Точнее, она считала, что она не человек, её справедливо не считать человеком. Куда-то не туда опять занесло. Я же хотел её ругать, а не оправдывать. У него к ней были чувства, она об этом знала, и она его использовала. Кто-то скажет: «То есть ты знал об этой ситуации и не вмешивался?» Я думал, что мне этот парень полезен, потому что он её развлекал, и мне не надо было это делать. Я больше могу сказать: я вот думал Молчуна завести, чтобы он ебал Ручку. Если что не так, я бы ему предъявил. Или убил даже. А в чём проблема? Человек, как классик образ мысли нашего брата-демона спалил, не просто смертен, а внезапно смертен. Какая-то часть меня это понимает. Абсолютно любого человека можно убить мгновенно. Он не сможет этому помешать. Ни один смертный. Для этого надо бессмертным быть. Нельзя свою задницу со всех сторон прикрыть. От меня защититься не получится, потому что я могу мыслить вне контекста, нешаблонно. Это мой плюс и минус. Если я в атаке, то безусловный плюс. А если в защите, то минус. Я пропускаю там, где другие не пропустят. Мне нельзя защищаться, можно только атаковать. Я играю от атаки поэтому. И Ручка тоже. Поэтому проблемы у нас. И это не имеет отношения к морали. Я бы не стал болтать о таком, если бы было. Значит, это морально. Раз не в дискуссионном поле. Я могу так мыслить. Объективно. В юности мыслил только так. Это морально. У меня были такие друзья, которым я доверял настолько, что всё было бы хорошо. Хотя это уже реально аморально, если бы вышло на поверхность. Но я своих детей не ебал. Поэтому, если я о таком пишу, то это ничего не значит. А с Ручкой у нас всё было объективно нормально. Мы не использовали животных, мы не использовали третьих лиц, единственное исключение я назвал выше, и это полностью на совести Ручки. Хотя можно сказать, что это твой придаток так себя плохо вёл, значит, виноват ты. Да, вот если с такой позиции помыслить, то виноват я, значит. Если мир изменится, я готов так помыслить. Если Ручка ко мне приползёт на пузе, скажет, что она мой придаток, я буду за неё отвечать. Она использовала парня, писала ему всякую чушь, как Геббельс врала, что я приехал, мы бухаем, я бутылку засовываю в неё, ей больно. Я сидел в офиге, не мог понять, откуда у неё такие фантазии. Мы просто бухали, никаких мыслей я таких не имел тогда. Когда я бухой, то у меня обычная сексуальность. Точнее, проблема, что у меня её нет. То есть меня тянет только драться и ничего больше. С мужиками, на баб вообще не тянет. Это не значит, что гей. По ориентации я политик. У политиков нет сексуальной ориентации. Либо это не политики. А я именно политик. Мне женщина для понта нужна, грубо говоря. Как аксессуар. Секс меня не интересует. Это слишком энергозатратное предприятие, поэтому мне не хочется этим заниматься. Только если я нахожусь в режиме разрушения себя или другого индивида, могу мыслить иначе. Просто секс для меня глупость. Извращения — нет. Это ломает психику, я это чувствую как зверь. Я могу легко Ручку простить. Если она мне позволит себя «сломать». Если искренне, я это пойму, то и «ломать» не придётся, прощу сразу. Но этого не будет. Чтобы извиниться, она должна измениться. Она ревновала меня к нерожденной дочери, которой даже в проекте не было. Я не придумал, она мне открыто предъявила, мы поругались. Я увидел будущее тогда как пророк, как откровение. Она бы не считала, что объективно права. Но ей это не надо, она женщина, у женщин своя правда. Она бы забрала дочь, подала на алименты и запретила бы через суд мне общаться с ребёнком. На том основании, что я для ребёнка представляю угрозу. И она бы понимала, что всё наоборот. Она бы понимала это. Но она бы сделала так. Она бы считала себя правой. Потому что я причинил ей боль. Тем, что любил дочь так, как она хотела, чтобы любил её. Не о сексе речь. В том и проблема. Если бы дочь появилась, то так. И с сыновьями так происходит постоянно, женщины перестают любить мужчин. Они не видят в них больше Бога, Богом для них становятся сын. Мужики это как-то терпят. Мой отец терпел. Ручка бы не стала. Я это понял. Я понимаю эту позицию, потому что я демон. Как демон я отлично понимаю, я же это создал. Я так это воспринимаю, я един с тем, что так искажает людей. Мне нет смысла бояться. Если меня морально убьют, я перестану быть как личность, придёт Зверь, он накажет подражателей. Это как готы и демон. Это мои рабы, рабы Зверя. А Зверь — это я. Это моя неотъемлемая часть. Ручка, возможно, это поняла. Возможно, она бы поступила иначе. Не стала бы будить демона. Сбежала бы просто. Оставила дочь. Писала бы везде, что вот маньяк, с трудом вырвалась, дочь жалко. За грань бы не вышла, если бы не вышел я. Это подать на неё на алименты — законное действие, но с точки зрения Ручки это беспредел. Она бы решала со мной вопросы по беспределу тогда. А если бы вёл себя как мужчина в её понимании, то проблемы бы не было. Она меня хорошо изучила. Демон бы не проснулся. Ладно, хватит. То, что я пишу, я пишу. Это просто творчество, это не имеет отношения к жизни. Я это хотел сказать.